5 оттенков церковного рейдерства

5 оттенков церковного рейдерства

15/09/2017 1059
Начиная с 2014 года, с момента победы Революции достоинства, в Украине появился новый социально-политический феномен – церковное рейдерство. Захваты храмов происходили и раньше. Однако в последние 3 года они приобрели системный характер, объединяющий дискриминационную государственную политику, бесчинства праворадикалов и церковный раскол в Православии. В этом материале мы выделили ключевые моменты этого явления.

1. УПЦ КП использует боевиков из праворадикальных организаций


Практически все захваты храмов происходили при участии боевиков различных праворадикальных сил и группировок. Наиболее активно участвовал в этом процессе «Правый сектор» – официальный партнер Киевского патриархата. В ряде захватов участвовали члены партии «Свобода», представители местной «самообороны», спортивных клубов, различных националистических организаций типа «Черной сотни», а также добровольческого батальона «Айдар».

Из сообщений украинских СМИ известно, что отдельные представители упомянутых организаций замешаны в перестрелках с использованием огнестрельного оружия, убийствах, похищениях и разного рода насилии. Как правило, это специально тренированные люди, которые знают, как обращаться с оружием и применять физическую силу. Они одеваются в камуфляж и скрывают свои лица за балаклавами.

При захватах храмов боевики срезают с дверей замки, проникают внутрь помещения, оттесняют верующих и священников УПЦ, часто избивая их. После захвата они могут длительное время удерживать и блокировать церковные сооружения. В некоторых случаях праворадикалы устраивают погромы строящихся храмов УПЦ или препятствуют строительству другими способами. При этом они не скрывают характер своих действий и открыто озвучивают угрозы захватить храмы той или иной епархии УПЦ.

Наиболее яркими примерами силового захвата храмов являются события в Катериновке, Колосовой, Малых Дмитровичах, Котюжинах, Дулибах, Коломые и т.д. За последние годы таким образом было захвачено более 40 храмов УПЦ.

В Киевском патриархате утверждают, что противостояния происходят внутри общин УПЦ, а его представители не принимают участия в конфликтах. Однако факты свидетельствуют о том, что начало конфликта зачастую разжигается при непосредственном участии священнослужителей УПЦ КП, которые могут даже руководить радикалами при захвате храмов. Все это происходит до решения суда в пользу той или иной общины. Таким образом, Киевский патриархат выступает непосредственным инициатором и участником событий.

Еще одной формой участия праворадикалов в рейдерских действиях является давление на органы местного самоуправления. Они врываются в государственные администрации и местные советы, угрожая чиновникам и депутатам в случае, если они примут решение в пользу УПЦ, или, наоборот, не в пользу Киевского патриархата.

Вот яркие примеры действий праворадикалов и представителей Киевского патриархата:

reid1.jpg


21 сентября 2015 года в селе Катериновка Тернопольской области отряд представителей Киевского патриархата и около 30 боевиков «Правого сектора» вырезали отверстие возле окна, ворвались в храм и забаррикадировались там.

reid2.jpg


10 июня 2016 года неизвестные в камуфляже и балаклавах захватили храм в селе Колосовая.

reid3.jpg


11 февраля 2017 года Киевский патриархат при поддержке радикалов из «Правого сектора» захватил храм религиозной общины в честь первомученика Стефана Украинской Православной Церкви села Котюжины Збаражского района Тернопольской области.

reid4.jpg


23 августа 2015 года Свято-Владимирский храм села Малые Дмитровичи Обуховского района Киевской области был захвачен неизвестными, которые назвали себя представителями обуховской самообороны.

reid5.jpg


В городе Волочиск Хмельницкой области радикалы совместно со священником УПЦ КП «наводят порядок»: блокируют строительство храма УПЦ и агитируют за переход в раскол.

reid6.jpg


Радикалы: храм в Коломые мы забираем. Это – наша хата!

reid7.jpg


9 сентября 2016 года радикалы разрушили строящийся храм Украинской Православной Церкви.

reid8.jpg


Националисты из организации «Сокол» и партии «Свобода» избили верующих УПЦ в Николаеве и с криками «Геть московского попа» разрушили деревянную опалубку фундамента под строящийся храм УПЦ.

reid9.jpg


Декабрь 2015 года. Руководитель «Правого сектора» Ровенщины угрожает захватить все храмы Дубенского района.

reid10.jpg


Радикалы запугивали депутатов сельсовета Овидиополя до тех пор, пока те не проголосовали за выделение земельного участка Киевскому патриархату.

reid11.jpg


Бойцы батальона «Азов» не выпускали депутатов Белгород-Днестровского совета из зала, пока они не проголосовали за выделение двух участков земли Киевскому патриархату.

reid12.jpg


«Свободовцы» угрожают депутатам расправой за выделение земли Почаевской лавре

2. «Референдумы» за переход в Киевский патриархат


Отработанной схемой по «отжиму» храмов является так называемый референдум за переход в другую юрисдикцию. Его проводят непосредственно перед попыткой захвата храма. По сути, это собрание территориальной общины вместо религиозной, в котором принимают участие лица, не имеющие отношения к церковной общине. Пользуясь отсутствием фиксированного членства в общинах УПЦ, провокаторы от Киевского патриархата создают искусственное большинство за счет этих посторонних людей.

Можно провести параллели с известным рейдерским приемом, когда захватчик скупает дополнительно выпущенные акции предприятия, получая таким образом контрольный пакет. В качестве «дополнительных акций» в нашем случае выступают накрученные пропагандой местные (или завезенные) жители, которые раньше проявляли равнодушие к религиозным вопросам и не были практикующими православными христианами.

Иногда представители или сторонники Киевского патриархата обманом собирают подписи за переход общины в УПЦ КП, дезинформируя местных жителей о содержании документа, под которым они подписываются. После чего они используют его в качестве доказательства наличия у них «большинства» верующих.

Например, в селе Иванополь Чудновского района Житомирской области священник УПЦ КП, «отец Иван», инициировал сбор подписей за «переход общины УПЦ в юрисдикцию Киевского патриархата». При этом он предлагал подписываться не только жителям поселка, но и жителям Чуднова и других населенных пунктов района. В селе Рясники сельский председатель, пользуясь своим служебным положением, инициировал сбор подписей и образование новой общины Киевского патриархата. По свидетельствам жителей села, в листе для подписей поставили свои автографы значительное количество неместных людей.

Рейдерская схема «референдума» применялась также в Красноселье, Чернево, Колосовой, Бутине, Кинаховцах и многих других населенных пунктах западной Украины.

3. Вмешательство местных властей


Известны случаи, когда захваты храмов осуществлялись при поддержке органом местного самоуправления. Как правило, это незаконные решения о поочередном пользовании храмом, на основании которых сторонники УПЦ КП совершают захват храма с последующим его блокированием. Также в ряде случаев сельские председатели организовывали сбор подписей или собрание жителей села, на котором незаконно принимали решение о «переводе» общины УПЦ в Киевский патриархат.

Не имея возможности отобрать храм силой, сторонники УПЦ КП прибегают к различным махинациям с документами, в которых им помогают местные власти. Как вариант таких махинаций – регистрация общины Киевского патриархата по тому же адресу, что и община УПЦ. Либо изменение почтового адреса действующего храма и последующая регистрация по нему общины Киевского патриархата. Таким образом Киевский патриархат получает возможность претендовать на церковное имущество.

Так, в 2015 году Мильчанский сельсовет изменил почтовый адрес храма и зарегистрировал в нем общину УПЦ КП. Впоследствии суд вынес решение о незаконности подобных действий сельского головы Юрия Мищука. В селе Грибовица чиновники зарегистрировали общину Киевского патриархата по тому же адресу, по которому уже была зарегистрирована община УПЦ.

Еще одним способом создать юридические основания для захвата храма является незаконная перерегистрация общины УПЦ на УПЦ КП. Вопиющим примером злоупотребления властными полномочиями стали действия главы Тернопольской ОГА Степана Барны, который на основании фальшивого протокола собрания парафии УПЦ села Башуки Тернопольской области (так называемого «рефендума») подписал распоряжение о внесении изменений в реестр, а профильные чиновники заменили «УПЦ» на «УПЦ КП». Аналогичный сценарий применили и к общине УПЦ села Колосовая.

Кроме этого сельсоветы или горсоветы могут прибегать к непрямому давлению на священников и верующих канонической Церкви при помощи различных проверок, необоснованных претензий в плохом содержании храма (таким образом получая основание для разрыва охранного договора с общиной УПЦ), претензий финансового характера и т.д. Бывает и так, что представители органов местного самоуправления лично руководят процессом захвата храма, как это было в селе Повча.

Довольно симптоматичными являются отдельные попытки местных властей воспрепятствовать строительству нового храма УПЦ после захвата старого. Такие действия направлены на полное уничтожение общины УПЦ в расчете на то, что верующие станут ходить в старый храм с новым священником из Киевского патриархата: отказывают в выделении земельного участка под строительство, или в присвоении почтового адреса частному земельному участку, на котором верующие УПЦ хотят возвести новую церковь. Чиновники могут также отказать общине УПЦ в оформлении документов на уже действующий храм, готовя почву для его захвата.

С дополнительными примерами грубого вмешательства чиновников в межконфессиональные конфликты можно ознакомиться по ссылкам:

Тут вижу, тут не вижу: избирательное зрение «защитников» храма в Коломые

Коломыйский мэр судья придумал схему отжима храма УПЦ: репортаж из зала заседания

4. Антицерковные законопроекты и вмешательство центральной власти


В 2016 году депутаты из фракции «Народный фронт» и Блока Петра Порошенко инициировали законопроекты, которые можно рассматривать как лоббирование церковного рейдерства на высшем уровне. Законопроект №4128, якобы направленный на облегчение перехода верующих из одной юрисдикции в другую, содержит ряд антиконституционных и дискриминационных положений, которые открывают широкие возможности для отъема церковного имущества у верующих УПЦ.

В частности, в упомянутом законопроекте вводится понятие «самоидентификации», которое противоречит праву религиозной организации определять, кто является ее членом, а кто нет. Таким образом любой человек может заявить о своей принадлежности к той или иной общине. Хотя согласно уставам религиозных организаций, каждый прихожанин должен выполнять определенные требования, чтобы считаться членом общины и иметь какие-то права на ее имущество.

В марте 2017 года Министерство культуры разослало в местные госадминистрации письмо, согласно которому областным государственным администрациям рекомендуется отказывать в регистрации документов тех церквей, уставы которых требуют от общин согласовывать с епархиальным центром имущественные вопросы. По оценкам правозащитников, этот документ также является свидетельством попытки узаконить практику рейдерских захватов собственности УПЦ.

С реакцией представителей религиозных конфессий и правозащитников на упомянутые инициативы центральной власти можно ознакомиться детальнее по ссылкам:

«Это конец свободы совести в Украине!»: реакция мира на антицерковные законопроекты

Минкульт против УПЦ: тайное письмо чиновников

5. Клевета, информационные атаки, запугивание


В качестве подготовки к захвату храма используется информационная атака на УПЦ и ее священнослужителей. Клирики Киевского патриархата или его сторонники распространяют неправдивую информацию для того, чтобы настроить часть верующих против канонической Церкви. В адрес УПЦ звучат необоснованные обвинения в том, что ее священнослужители отказываются отпевать украинских солдат, запрещают богослужения на украинском языке, пропагандируют «русский мир» и т.д.

Как пример механизма подобных провокаций можно привести сообщения СМИ о том, что в селе Сосновка Тернопольской области священник УПЦ отказался отпевать прихожанку из-за украинского языка. При этом они забыли сказать, что она не была прихожанкой канонической Церкви и посещала богослужения Киевского патриархата, которые проводились в том же храме, что и богослужения УПЦ. По церковным правилам и принципу уважения к конфессиональному выбору верующих, Церковь не может проводить обряд отпевания вопреки прижизненной воле самих умерших. Все аналогичные провокации основаны на умалчивании конфессиональной принадлежности верующих.

Часто мишенью провокаторов становятся священники, которые возглавляют общины УПЦ. Их дома подвергаются нападению вандалов, в СМИ о них распространяется лживая информация, члены их семей подвергаются травле. Давлению подвергаются и украинские судьи, которые рассматривают споры вокруг храмов. Киевский патриархат отказывается признавать решения украинских судов, если они приняты не в его пользу, бездоказательно обвиняя судей в коррумпированности.

На судебных заседаниях по делам о захваченных храмах часто присутствуют боевики «Правого сектора», которые осуществляют давление на судебный процесс. 27 апреля 2017 года в Збаражском районном суде праворадикалы сорвали заседание по уголовному делу о захвате храма в селе Котюжины. 12 марта 2017 года из уст журналистов телеканала «1+1» прозвучали инсинуации в адрес судей, которые рассматривают иск УПЦ против Минкульта, что можно считать публичным давлением на судебную власть.

Особую роль в формировании общественного мнения в отношении к УПЦ играет ряд украинских телеканалов, которые систематически разжигают ненависть к самой крупной православной конфессии Украины. Именно их сюжеты закладывают идеологическую почву под захваты храмов и обеспечивают поддержку дискриминационной политике государства. Крайней нетерпимостью к УПЦ отличается телеканал «1+1», который систематически выпускает клеветнические и лживые сюжеты в адрес УПЦ. Количество таких сюжетов исчисляется уже десятками.

Как пример, можно упомянуть сюжет об иске УПЦ против Минкульта в связи с отказом регистрировать уставы епархиальных организаций УПЦ. Журналисты «1+1» солгали о том, что дело было переведено в письменное производство по просьбе «церковников». На самом деле это было сделано из-за того, что на судебные заседания не явились представители Минкульта. Вместо этого они прибегли к помощи телеканала для того, чтобы исказить реальное положение дел. Подчеркнем, речь идет не просто о манипуляциях, а именно об откровенной лжи.

Детальный разбор лжи «1+1» и рейдерского характера политики Минкульта можно увидеть в публикациях СПЖ:

ТСН клевещет на УПЦ, чтобы «отмыть» Минкульт в суде?

Выводы


Из всего выше сказанного можно сделать однозначный вывод, что церковное рейдерство в Украине имеет системный характер и является частью дискриминационной политики государства по отношению к УПЦ и протекционизма по отношению к Киевскому патриархату.

К сожалению, все эти факты замалчиваются и зачастую игнорируются правоохранительными органами. Чтобы заставить полицию возбудить уголовное дело по захватам храмов верующим УПЦ приходится обращаться в суд. Тем не менее, даже при таком нежелании правоохранителей защищать их права, общины УПЦ в судебном порядке сумели добиться справедливости по ряду случаев с захватами церковного имущества. Что прямо доказывает незаконность действий представителей Киевского патриархата и его пособников.

Читайте материалы СПЖ теперь и в Telegram.

Возврат к списку

Ваш комментарий

Добавлять комментарии могут только авторизованные пользователи
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов: